Госдума поддержала поправку об обнулении президентских сроков после принятии обновленной Конституции. 380 депутатов проголосовали за то, чтобы Владимир Путин имел возможность начать всё сначала и в 2024 году, 43 – были против, один воздержался. При сильном желании «обеспечить сменяемость власти" Путин согласился с поправкой при условии, если за неё 22 апреля проголосуют граждане и если Конституционный суд (КС) даст официальное заключение, что такая поправка не противоречит Основному закону.
Сейчас в Конституции записано, что президент не может исполнять свои обязанности более чем два срока подряд. Путин предложил убрать слово "подряд" и еще недавно заявлял, что у него нет желания баллотироваться на пятый мандат. Почему поменял своё мнение? А потому что, как сам объяснил «сложно складывается ситуация в мировой политике, в сфере безопасности, в глобальной экономике», да «еще и коронавирус к нам прилетел, и цены на нефть пляшут и прыгают, а вместе с ними и курс национальной валюты…» Конечно, правы и те, кто считает, что обеспечив возможность пятого срока, Путин избежит ситуации «хромой утки».
Что касается первого «если», то с этим, конечно, проблем не будет. Наш народ вынесет своё очередное «одобрямс» ровно на столько, насколько запланировала администрация президента... А вот для КС и его председателя Валерия Зорькина наступает момент истины. Напомню, в начале 1992 года КС признал неконституционным указ Ельцина о создании объединенного Министерства безопасности и МВД. В ноябре 1992 года КС вопреки воле Ельцина разрешил первичным ячейкам КПСС возобновить партийную деятельность, и в результате была создана КПРФ. В 1993 году судьи КС вначале заявили о неконституционности указа президента об особом порядке управления. А в сентябре КС признал не соответствующим Конституции указ Ельцина о роспуске Верховного совета. Закончилось всё расстрелом Белого дома, приостановлением деятельности КС и отставкой Зорькина с поста председателя КС. Его полномочия рядового судьи были приостановлены 1 декабря 1993 «за политическую деятельность», а восстановлены только на совещании КС 25 января 1994 года. Во второй раз председателем Конституционного суда Зорькин был избран 21 марта 2003 года.
А теперь самое главное. В 1998 году, несмотря на то, что во время первого срока президентства Бориса Ельцина была принята новая Конституция, КС вынес решение, что исполнение обязанностей президента при любой Конституции засчитывается и не обнуляет сроки. Хотя на первый срок Ельцин избирался президентом РСФСР. То есть тогда, в 1998 году, даже новая Конституция не обнулила предыдущий срок.
Поведение Зорькин уже в путинский период оценивают по-разному. Одни считают, что в прошлом демократ и реформатор, не страшившийся идти против течения, он стал органичен для Конституционного суда, обслуживающего реставрационный и охранительный политический курс Путина. Другие полагают, что Зорькин остался самим собой, он абсолютно последователен в своих взглядах, убеждениях и деятельности.
Зорькин всегда категорически отвергал подозрения в том, что КС выносит решения по указке властей и находится «под пятой Кремля». На международной конференции в Санкт-Петербурге в 2016 году он сказал: «Мне кажется, эти люди, которые рассуждают об этом, просто смешны». «Моя совесть чиста – я ни разу не получил указания со стороны президента, за исключением одного раза, в 1993 году, когда президент Ельцин позвонил и сказал: «Что вы себе позволяете? Вы выступаете против президента, а там реакционный парламент!» – вспоминал Зорькин.
Как поступит, на сей раз КС и его председатель Валерий Зорькин?
На мой взгляд, нынешние изменения в Конституции РФ Зорькин вряд ли удовлетворяют. В октябре 2018 года в «Российской газете» он опубликовал статью «Буква и дух Конституции». В ней на основе жалоб в КС он делает вывод, что социальное напряжение в российском обществе, порождается чувством несправедливости, и усугубляется естественной усталостью населения от трех десятилетий реформ. А наиболее болезненно и остро воспринимается обществом крайне несправедливое распределение бремени проводимых в стране экономических реформ, свидетельством которого в первую очередь является чрезмерное социальное расслоение. Зорькин пишет: «Исследования Института социологии РАН фиксируют системное изменение взаимоотношений работников и работодателей со смещением акцента в этих отношениях в сторону углубления бесправного положения работающих, наращивания объемов их трудовых нагрузок с одновременным снижением их социальной защищенности». И далее: «Последние законодательные решения по пенсионной реформе объективно затрагивают очень широкий спектр социально-экономических прав малоимущих слоев населения страны и, как показывают данные социологии, остро воспринимаются как несправедливые». По мнению Зорькина надо соединить присущий народу коллективизм с созданием конкурентной экономической и политической среды. Он констатирует, что мы еще далеки от реализации положений статьи 7 Конституции РФ, которая гласит: "Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека". По его мнению, нам нужна сейчас такая корректировка либерально-индивидуалистического подхода к правопониманию, которая привнесла бы в само понятие права идеи солидаризма. То есть нужна правовая теория, синтезирующая в рамках понятия права идеи индивидуальной свободы и социальной солидарности. Такой подход к правопониманию в наибольшей степени соответствует ментальности российского народа, его правовому и нравственному сознанию. По мнению Зорькина, мир стоит на грани нравственной деградации, и необходимо создать барьеры против рыночного эгоизма и растущей нищеты. Неравенство в таких масштабах, которое лишает людей шансов на то, чтобы вырваться из бедности (ведь бедность, как говорят в народе, и мудрого смиряет, – авт.), – такое неравенство ведет к дискриминации.
Те поправки, которые ныне вынесены для всенародного одобрения, вряд ли можно назвать серьезным шагом в направлении чаемого Зорькиным солидаризма. Платить трудящемуся зарплату не ниже его прожиточного минимума и обязательство государства корректировать размер пенсии в соответствии с инфляцией – по большому счету эти положения можно было и не записывать в Основной закон. В порядочном государстве они подразумеваются. Это часть неписаного этического кодекса. А записанные в Конституции они скорее обнаруживают фрейдистский комплекс людоедского государства, которое на всякий случай берет обязательство не вести себя, так как в 90-е, бросая на произвол судьбы самых слабых и беспомощных.
Изменения Конституции ничего не меняют в основах нынешнего государства, а скорее замораживает путинский политико-экономический режим. Их принятие не принесет стабильности. Скорее наоборот, требование социальной справедливости зазвучит еще громче и серьезнее.
Зорькин это понимает. Понимает и Путин. Но ему кажется, что еще немного и народ удастся успокоить паллиативными решениями, удастся вырастить поколение, которое примет незыблемость нынешних правил игры. Но даже горячо одобрив новый Основной закон, русский народ не примет его как данный от Бога.
У Валерия Зорькина трудный выбор. С одной стороны, устойчивость политической системы вроде бы важнее буквального следования Конституции. С другой, кто просчитает, в какой момент правовой нигилизм перерастает в хаос? В одной из статей Зорькин пишет: «Мы все знаем, с чего начиналось всё то, что привело к трагедии в феврале 1917 г. Всё начиналось с мелочей. Солдаты, входя в церковь, переставали креститься, не тушили цигарки и т. д. Падал авторитет офицеров, накапливался тот самый негативизм, который поначалу чреват только внутренним отторжением. А потом это внутреннее отторжение превратилось в крах всех институтов, всех систем социальной жизни». Если Основной закон действительно является основным, документом в известном смысле сакральным, то попрание его положений не является ли ещё большим грехом, чем зайти с сигаретой в храм?
Святослав Иванов
Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: ""
